«Голос пустыни»: программа приключений для управленцев
В конце августа 25 университетских управленцев пожимали друг другу руки в визит-центре «Сартас» на берегу Каспийского моря, плато Мангыстау. Шли последние минуты «Голоса пустыни», программы, разработанной на пересечении лидерского развития и приключенческого образования. Мы задумали ее с ректором Yessenov University Бериком Ахметовым и экспертом в области трансформации образования Алмагуль Канагатовой для того, чтобы хотя бы в одном вузе решить старый парадокс: в повседневной деятельности университетских управленцев нет места, чтобы, собственно, думать об управлении.
Университетским управленцам приходится работать на разные, иногда взаимоисключающие цели. Они отвечают на запросы министерства и органов местного управления, студентов и их родителей, вузов-партнеров и преподавателей. В любой неоднозначной ситуации виноватым обычно оказывается именно управленец. Подготовка к должности в большинстве случаев минимальная. При этом в университетской среде нет традиции рефлексии и саморазвития, как в корпоративном мире. А учитывая, что управленец обычно сам решает большинство организационных проблем, на это нет и времени.
Драма в том, что в университетском управлении работа над стратегией критически необходима, ведь от того, какими будут университеты, зависит, каким будет общество. У них должен быть длинный горизонт планирования и своя автономная траектория развития – пусть стратегия и определяется в диалоге с преподавателями, студентами, городом, индустрией и другими заинтересованными сторонами, но подумать о возможных развилках управленец должен самостоятельно.
При этом стратегию нельзя разрабатывать изнутри – всегда нужен взгляд извне, в том числе извне повседневной деятельности. Одновременно невозможно развивать организацию, не развиваясь самому. Это значит, что и на свою деятельность – на свои решения, цели и управленческую траекторию – стратегу нужно смотреть со стороны. Тут хорошо помогают путешествия в новые места, особенно походы, где непривычная среда позволяет посмотреть на свою работу под новым углом. Лучше, если вы не одни, а с такими же, как вы, и можете подумать вместе. Еще лучше, если у путешествия есть четко определенная траектория и структура. Вот тут и появляются приключенческие программы для управленцев.
Adventure-based education
Приключенческое образование (adventure-based learning) нередко используется в бизнес-школах для катализа лидерского роста. Так, Уортонская школа бизнеса Пенсильванского университета предлагает экспедиции в самые разные локации, от Анд до Патагонии, во время которых развивается командная работа и лидерские навыки, а в бизнес-школе Байеса Лондонского городского университета есть экспедиционное общество, тренирующее первопроходческое мышление. Случаются альпинистские экспедиции, походы на байдарках и яхтах, кейвинг – прохождение пещер и многочисленные вариации. Все это развивает целый ряд параметров личности, от уверенности в себе до умения быстро ориентироваться в новой среде.
Скорее всего, приключенческих программ лидерского развития в ближайшем будущем будет больше. Среди паттернов поведения общества и бизнеса, которые выделяет аналитическая компания Trend Hunter, есть тренд на слияние. Это объединение разных видов продуктов, опыта и ощущений в целостные пакеты: в этом тренде коллаборации приложений для знакомств и сервисов доставки цветов, экоотелей и фермеров, а также аэропортов и кинотеатров. Слияние включает и мультисенсорность: зачем работать только с одним органом чувств, если можно с несколькими? Программы, объединяющие приключение и рефлексию и предлагающие не только новые идеи, но и новые виды, запахи, звуки и ощущения, подходят новым стандартам идеально.
Экспедиции в пустыне более редки, чем в горах или на море, ведь пустыня, особенно в теплое время года, требовательнее к физической подготовке. Рисков много: тепловой и солнечный удар, измождение в связи с повышенной утомляемостью и гипонатриемия – критическое снижение содержания натрия в крови, которое приводит к отеку головного мозга. Перед «Голосом пустыни» врач, приглашенный Yessenov University, замерял давление, температуру и оксигенацию крови, а после постоянно отслеживал состояние участников. Использование солнцезащитных кремов и головных уборов было обязательным.
«Голос пустыни» включал четыре компонента: переходы, дискуссии, медитации и посещение местных святынь. Дополнительно на время программы нужно было отбросить социальные иерархии, потому что участники должны были сработать друг для друга как советники. К концу программы у каждого должен был сложиться свой совет директоров. Это значит, что каждый включался в обсуждение управленческих траекторий и профессиональных решений других. Для того чтобы это произошло, нужно было на время перестать думать о том, кто начальник, а кто подчиненный.
Самый длинный переход был от Айракты (или «Долины замков»), небольшой группы останцовых гор, до горы Шеркала. Мне кажется, что тогда мы и поняли больше всего о Мангыстау с его глинистой почвой, ярами, колючками, орлами и верблюдами. Позже я именно этот переход использовала как материал для обсуждения личной стратегии. Обсуждения включали дискуссии о том, где каждый из участников находится на своей управленческой траектории, о том, что жизнь коротка (и о конкретных решениях в связи с этим), об управленческом следе в истории и, наконец, о том, что нужно сделать для того, чтобы реализовать задуманную стратегию.
Для подготовки участникам нужно было прочитать две книги: «Яму» Сета Година и «Университет. Руководство для владельца» Генри Розовски. Казалось бы, управленцы и так читают книги, зачем еще? Но управленческую литературу, даже лучшую, чаще пролистывают, чем встраивают в свои привычки и личную систему представлений о мире. Виновата здесь та же нехватка времени. Мне хотелось, чтобы обе книги были не просто прочитаны, но прожиты, и у нас получилась комбинация из рассуждения о книгах, рефлексии перехода и своей жизни.
Наконец, медитации в рамках программы были направлены на тренировку фокуса и визуализации. Время, когда к медитациям в научном мире относились скептически, прошло. Накопился массив исследований, доказывающих, что, медитируя, мы улучшаем не только нашу способность концентрироваться, но и в целом степень контроля над работой головного мозга. В рамках программы медитации, во-первых, помогали настроиться на обсуждение глубинных стратегических вопросов, во-вторых, обеспечивали участников инструментом, который можно будет использовать позже.
Все приключения происходят внутри
Программа прошла и хуже, и лучше, чем я ожидала. С одной стороны, казахстанцам сложно выходить за границы иерархий и сложно остановиться, замедлить ритм жизни. С другой – и культурный код Мангыстау, и сама пустыня оказались отличным материалом. Например, мы говорили об управленческом следе в истории после того, как посетили мечеть и медресе Султан-эпе. Султан-эпе и его ученики оставили реальный, ощутимый авторский след, построив новое посреди пустыни. Оттолкнувшись от истории и забыв на время про дела в городе, было несложно перейти к размышлению о том, какой след может оставить каждый из нас. А иерархии вместе с городским ритмом жизни постепенно отпали.
Программа изменила и меня. И пустыня, и святые места, и люди отпечатались в памяти неожиданно глубоко. Я думаю о тех августовских трех днях, как об образце. Мне захотелось сделать «Голос степи», «Голос гор» и «Голос моря». Мы проговариваем со знакомым инструктором по фридайвингу – нырянию на задержке дыхания – как можно было бы организовать выезд, на котором участники учились бы нырять, погружаться в новую для себя среду и при этом обсуждали бы инновации в своих организациях. Мы размышляем с Ириной Еременко, моим бизнес-партнером, о тропах в Калифорнии. Мне все еще продолжают сниться полынно-солончаковые просторы Мангыстау.
Но приключения происходят внутри каждого рабочего дня. Университетские управленцы постоянно проходят квесты: собирают из подручных средств инновационные программы, достают нужных преподавателей из заморских стран и из-под земли, договариваются с корпорациями о многолетних проектах. Об этом сложно думать как о чем-то экстраординарном, потому что это и есть работа. И мне кажется, что даже если единственное, что даст поход или кемп с нырялкой, это покажет схожесть между приключениями разного типа, то это того стоило.
Дара МЕЛЬНИК,
эксперт по трансформации университетов
